«Юношеская восьмерка» вернулась из Канады. И сразу – в «Орленок». На международную смену. Сейчас ребята уже вовсю работают вместе с другими участниками смены – подростками из более чемм десяти стран-ближайших партнеров России.
А когда «канадская восьмерка» только-только приземлилась на берегу Черного моря, друзья встретили их песней. Автор текста и исполнитель – Дарья Алтухова, Норильск.
Так трудно биться за мечты,
Так трудно к звёздам всем идти.
Достичь заветной высоты,
Ведь много слёз на том пути.
Трудно в пропасть не сорваться
Под хохот радостных врагов,
Упасть и снова вверх подняться,
Чтоб доказать всем: ты готов!
Готов идти к своей ты цели,
Не замечая всех преград.
Готов чрез бури и метели
Бежать и не смотреть назад.
Гоняться долго за улыбкой
Свободной, ветреной фортуны,
И ни единою ошибкой
Не обмануть надежды взоры.
Сомненьям вновь не поддаваться
На том коварнейшем пути,
И по дороге не сломаться-
Седьмое небо впереди…
Вместе мы меняем мир. Присоединяйтесь, это интересно!
До крови ногтями пронзая ладонь,
Сжимает она два билета в кармане.
Свет в окне купе- это сердца огонь,
Свет огней Москвы – неудержимое пламя.
Ночь вокзал, вагон и громадные сумки,
У неё в руках лишь у сердца пакет.
Телефон, ключи и обмерзшие руки,
Но в глазах лет семь один и тот же ответ.
Одержимые души добиваются цели,
Но, в конце концов, так и не могут понять:
То ли Москва перед ними стоит на коленях,
То ли им перед ней опять придется стоять.
Вновь амбиции к горлу, а морозит все тело,
Едет в светлую тьму, в темный меркнущий свет.
Но, де-факто, мечты нет сильнее на свете,
А, де-юре, все ложь, и её даже нет.
Быть никем, но так верить, себя отдавая.
Вновь к Есенина звездам так слепо идти.
Точно знать, что иного не будет ей рая,
Просто верить, вставать, вновь бороться, найти.
Сила в ней до неё как-то мир сотворила,
На источнике этом по сей день, стоит свет.
Вспоминает слова, что другим говорила,
Смело входит в вагон, рвет обратный билет.
Приветствуем нового автора и открываем (наконец!) стихотворную рубрику (Е.С.)
Я спустился к трамваям.
Бульварный Гоголь. Сиплое пение грязных машин.
Так бы и воспарил над собачьим лаем,
От бетонного крошева, да повыше. Один.
Перекрёстка петля, бульвара траншея,
Слякоть, асфальт и всякое неприметное.
От киоска налево, задрав шею.
Пятый этаж, шестой. Всё выше и выше, в светлое.
И опять обратно. В коридоры звуков.
В стойкий запах гари и духов “Роше”,
Среди песен, свиста и авосек с луком
Бродить, проклиная папье-маше.
- Вобла! Вешалка!!! Ни рыба ни мясо!
Пока длинноногие манекенщицы вытаптывают шпильками подиум, в них летят другие шпильки – поострее. Нам, половине прекрасной (а порой и яростной), только дай языки почесать. А если под обстрел попадает особа «90-60-90», в ход идёт последний аргумент: «Всё хорошо. Пока рта не раскроет…»
Против истины не попрёшь. Слушать эту барышню и впрямь страшно: Какие-то «добрые люди» привязали щенка к трамвайным рельсам. К нам он попал совсем калекой: без хвоста, сплошь переломанный. Здесь Дружок уже больше месяца. Прооперировали, идёт на поправку. Только взгляд остался грустный-грустный. Теперь на всю жизнь, наверное. (далее…)